Выделите текст, чтобы комментировать.
В городе Никодимовске, что, почитай, на самом Русском Севере Вологодской области, в самом центре населённого пункта, стоит церковь Преображения Господня.
При входе в большую каменную церковь стоял большой ящик для пожертвований для вновь возводимой церкви местночтимого святого. Рядом с ящиком сидел в неловкой и нелепой позе старый нищий, который бормотал про себя ему только ведомую молитву.
Богомольцы и люди побогаче брезгливо отворачивались от нищего странника.
И вправду, «амбре» от нищего было ещё то!
Даже свежий предпасхальный ветер не мог сгладить запахи странствий, которыми пропитались тело и одежда убогого.
Вышедший из церкви молодой священник, ревниво посмотрев на свою новенькую иномарку, равнодушно так цыкнул на нищего: — Шёл бы ты побираться куда подальше, не видишь, ящик для пожертвований на новую церковь, отойди от него, не мешай входящим!
Проходящие мимо нищего люди, степенно поздоровавшись со священником, клали в ящик пожертвований деньги, кто меньше, а кто и больше.
За это их священник благодарил улыбкой на своём лице.
Подъехавший к церкви богатый поблёскивающий «Бентли» священник встретил с особым почётом, как же, из него вылез самый большой меценат и крупный предприниматель их городка Лев Вольфович Селев.
Подходя к церкви, предприниматель на виду у молящихся демонстративно достал портмоне и положил пару крупных бумажек, по пять тысяч рублей каждая, в ящик для пожертвований.
– Благослови вас Бог за вашу жертву, уважаемый Лев Вольфович, — просиял священник, всячески благодаря и восхваляя Селева, — кто ещё лучше сможет пожертвовать для Бога?!
Незаметно подошедшая и никем незамеченная по причине своего не превосходства бедная рабочая женщина, мать четверых малолетних детей Вера Вячеславовна Голубева, стесняясь своего малого пожертвования, подала свои последние пятьсот рублей, но не в церковный ящик, как ожидали многие глазеющие, а простому докучливому нищему, который до сих пор не ушёл от церкви.
Прихожане дружно зашикали на женщину: — У нас идёт сбор на церковь местночтимому святому, а ты кому подаёшь?!
— Ничего, ничего, братья и сёстры, — мигом успокоил собравшихся священник, — нет выше жертвы, которую внёс брат наш Лев, видит Бог, мои слова верны!
Пролетавшая над церковью птичья стая произвела прицельный «ракетно-бомбовый» удар, запачкав своим жидким помётом и священника, и Селева, и многих прихожан.
Лишь одежда многодетной матери светилась своей нетронутой и непорочной чистотой.
Внезапно откуда-то из‑под купола церкви к Вере Вячеславовне слетел белоснежный голубь, и сидя у неё на плече ласково проворковал свою простую песню.
Вмиг одежда нищего странника просияла, и Сам Господь, смотря на неё с чистой нежной любовью, сказал, прежде чем исчез: — Истинно, истинно говорю, возлюбленная моя, твоя жертва больше!
