Выделите текст, чтобы комментировать.
Получить от близких в подарок сертификат на желанную вещь или путешествие в заморскую страну, всегда приятно. Но есть случаи, когда сертификат вручают на «совершение парашютного прыжка»?!
Что эта за практика, чем она чревата и что на самом деле сопряжено с выполнением парашютного прыжка, безопасно ли это?
Дать на этот счет свой комментарий, мы обратились к парашютисту с многолетним опытом, успешно совершившему не одну сотню прыжков.
Ниже предлагаем его авторское мнение.
Сертификат на прыжок с парашютом — порочная затея!
Парашютные прыжки не парковый аттракцион!
Они были и по-прежнему остаются из категории экстремальных занятий. Что первый прыжок, что хоть тысячный — каждый несет свою долю риска! Небо над нами, как в прочем и горы с океанами, откровенно враждебная, хоть и завораживающая среда!
Примером тому служит тот прискорбный факт, что с тех пор, как я совершил первый прыжок, мы потеряли троих товарищей, мастеров спорта, из‑за своих совершенных в небе ошибок, излишней самоуверенности!
До сих пор посещая родной загородный аэродром ДОСААФ, становлюсь невольным свидетелем тех травм, которые довольно часто получают там «искатели на свою “ж…” приключений»! Что это за травмы, это чаще переломы конечностей, но бывают и по серьёзнее — травмы позвоночника с эвакуацией пострадавших каретами скорой помощи. Среди таких есть и наши знакомые, у которых была операция по замене тазобедренного сустава.
И Вам это надо?!
В чем причины сложившейся ситуации с подарочным прыжком с парашютом?
Начинал я свои прыжки ещё в советские годы до 90-х.
И ответственно заявляю, раньше такого повального травматизма не было! Притом, что прыжков выполнялось в разы больше. Конечно, изредка что‑то и случалось, это естественно, но с серьёзными травмами — за всю свою карьеру не встречался.
Парашютизм — технический вид спорта, требующий подготовленного аэродрома, самолётов в летной годности, наземного оборудования и подготовленных кадров, допущенных к такой работе.
И на все это требуются деньги, притом немалые.
Раньше содержание наших аэроклубов осуществлялось государством в системе ДОСААФ, спортсмены-парашютисты платили ежегодные взносы в размере 30-ти копеек!
А сейчас, для своего выживания аэроклубы вынужденно предлагают платные услуги, только плати и ты совершишь долгожданный прыжок.
Так, например, на «Авито» стоимость индивидуального прыжка по подарочному сертификату составляет 5 тыс.рублей, а в тандеме с инструктором — 12 тыс. И всё это только ради одноразового трех-четырёх минутного полета под куполом.
Но ещё раз о реальных рисках для здоровья соискателей в подобных скороспелых прыжках.
Сегодня процедура наземной подготовки желающих пощекотать нервы за свои кровные предельно проста: приезжай на аэродром, плати с оформлением «оправдательных» для прокурора документов, потом быстренько на предпрыжковый инструктаж — и в самолёт на реальный прыжок. Вся эта бодяга занимает не более 3-х часов.
Вот и всё: ведь на свет появился новоиспечённый парашютист, сдобренный хорошей дозой адреналина, а если и его не хватает, то как водится, можно и «за стол», обмыть свой успех!
Но как уже отмечали, так благополучно происходит далеко не всегда. Повторим, прыжок с парашютом не весёлая тусовка, а ответственное занятие с риском для собственного личного здоровья!
Поясню, что имею ввиду.
В упомянутые времена подготовка к первому прыжку занимала несколько месяцев и проводилась в несколько этапов: сначала в группах «перворазников» общественными инструкторами из числа спортсменов-парашютистов, как правило 1-го разряда, а затем штатными инструкторами аэроклуба на его материальной базе, также поэтапно проводились регулярные контрольные проверки и зачёты для допуска к прыжкам, вплоть до их запрещения.
Длительная подготовка «перворазника» включала теорию и практические занятия по всем этапам выполнения прыжка — укладка основных и запасных парашютов, установка страхующих приборов, порядок действий на аэродроме, посадка и отделение от самолёта, действия при снижении под куполом, способы обеспечения безопасного приземления, а также по действиям в особых случаях (при частичных или полных отказов парашюта, в случаях схождения парашютистов в воздухе, приземления вне аэродрома). Необходимые действия отрабатывались до автоматизма, ведь что случись, времени у тебя будет в обрез, буквально лишь несколько секунд.
Такой подход к обучению начинающих парашютистов вселял в нас уверенность в успешном, а не на авось, завершении прыжка, веру в безотказность парашютов! Что в последующем для меня и подтвердилось годами удачных прыжков.
Первый прыжок — решающий шаг в завораживающий мир парашютного спорта!
О парашютных прыжках как увлекательном пусть и экстремальном, но все‑таки виде спорта — последующее эссе.
Как и везде, в этот спорт приходят по разному, но в одном все одинаково — только после первых парашютных прыжков.
Из моей группы «перворазников» человек в пятнадцать, только двое стали спортсменами. Я и ещё одна студентка, в последствии ставшая звездой нашего аэроклуба — мастером спорта СССР, «крутившей» для сведения знатоков, комплекс за 8 секунд, в то время как мастерский норматив для мужчин был только в 10.
В наши дни увлечение парашютизмом было достаточно массовым. В большинстве, это были юноши и девушки от 17 до 25 лет, студенты и рабочая молодёжь. Более великовозрастные спортсмены избирали эту стезю как профессиональную, в отличие от нас любителей, которых было большинство.
Какая была атмосфера? Да такая же, как и в любом молодёжном коллективе, за исключением того, что пессимистов и откровенных нытиков среди нас не было, видимо, не смогли бы «выжить».
Вот, например, на поле аэродрома раздается окрик «отцепка». Все тут же поднимают головы вверх: над падающем в высоте инструктором распускается запасной парашют, а рядом с ним змеёй извивается отказавший. Ну посмотрели, ну в живую увидели настоящий отказ основного парашюта. Это был УТ-2Р, очень капризная штука, один из советских первых щелевых парашютов с допуском к прыжкам только с КМСов. И что же — а дальше каждый продолжил заниматься своим делом, без стонов и причитаний, готовиться к собственному прыжку.
Более опытные ребята, к нам начинающим спортсменам, всегда относились благожелательно, может где‑то даже и сдержанно, но пальцы никогда «не гнули».
А вот с нашими инструкторами была просто «беда». Часть из них были выходцами из Вооружённых Сил, в частности из ВДВ. Это были уже повидавшие свое ребята, жёсткие, а порой и грубоватые, с огромным количеством прыжков.
Держали нас в строгости, а как же было иначе. Мы их искренне уважали!
Но вот как спортивные тренеры, они были совсем никакие. Поэтому приходилось нам самим всего добиваться самостоятельно, в основном учиться на собственных ошибках. Порой это было изнуряющим, когда начиналась из прыжка в прыжок череда неудач, причины которых были непонятны.
Любой спорт тем и хорош, а особенно для молодёжи, что формирует характер, целеустремлённость и настойчивость, и парашютный спорт не составляет исключения. К тому же, как и другие экстремальные виды, он развивает хладнокровие и выдержку для рациональных действий в условиях сильного стресса, психологическую устойчивость при его многократном повторении.
Полагаем, что подобные качества всегда будут к лицу настоящим мужчинам, ведь недаром парашютная подготовка входит в число обязательных дисциплин в обучении будущих десантников.
Но мужчин просим не очень обольщаться, так как в нашем аэроклубе, да и по всей стране, всегда добрая треть спортсменов-парашютистов были наши девушки.
Несколько слов о чисто спортивных составляющих парашютизма.
На сегодня — это десять дисциплин.
Но мне, к сожалению, довелось выступать только по «классике», просто других дисциплин в наше время ещё просто не было. Была мечта совершить прыжок на город в День авиации, но нам его запретили.
Классический парашютизм включает два упражнения: индивидуальную акробатику и прыжки на точность приземления. Как и в любом виде спорта, в «классике» свои квалификационные нормативы, соответственно, в секундах и в метрах.
Окончательный результат выводит по среднему двух смежных прыжков с целью подтвердить наличие стабильности твоего мастерства, доказать что он получен не случайно! На этих основания присваивается очередной спортивный разряд или спортивное звание.
Индивидуальная акробатика, а на нашем сленге «скрутить комплекс», состоит в исполнении шести фигур: четырёх спиралей в горизонтальной плоскости и двух сальто — по вертикале, на время со штрафами за «грязь» при их исполнении. Упражнение выполняется с высоты 2 тыс. 200 метров в свободном падении на скорости около двухсот километров в час.
Прыжки на точность приземления. С высоты 1 тыс. метров необходимо при приземлении первым касанием тела попасть в диск 10-ти сантиметров в диаметре, установленного в центре полотняного «креста».
И напоследок, завершу свои «ностальгические» воспоминания рядом просто интересных или поучительных для «сертифицированных экстремалов» примеров.
Начну с эстетики этого вида спорта. В одиночестве попасть на высотные просторы бескрайнего неба — удаётся далеко не каждому. Испытываешь огромный восторг от увиденного, красота далёкого горизонта просто завораживает!
Летом, когда на земле все ещё чувствуется утренняя прохлада, вдруг на высоте уже 800 метров попадаешь во вчерашний день: в тёплый приятно ласкающий воздух, насыщенный душистым ароматом полевых трав.
Как‑то летом прошелся и по «облакам». В тот день над землей плыли красивые кучевые облака, и чтобы в них мне не сойтись с кем‑то ещё, одно из них пробил в свободном падении. Сначала зримо поразила огромная скорость, с какой приблизился к его верхней кромке, а потом почти кромешная тьма густого тумана, что кистей рук было почти не видно.
Как говорят опытные лётчики, нет двух одинаковых полетов. Утверждаю, как нет и двух одинаковых прыжков.
И если кому‑то что‑то сошло с рук, то совсем не обязательно, что повезет и вам.
Тому подходящий пример. На очередном в тот день прыжке, после отделения от самолёта обнаружил, что нас — а это был групповой прыжок, прилично «перевезли»
от аэродрома, который лишь частично просматривался за окружающими сопками. Что называется на пустом месте, в один миг создалась опасная для нас ситуация приземления вне аэродрома — на сопки, покрытые густым лесом, или на скоростную магистраль, или на линию электропередач 6 киловольт. В тот раз всё обошлось благополучно и каждый из нас нашел свой безопасных пяточек для приземления.
Причина этого события — явные ошибки руководителя полетов и пилота самолёта, которые своевременно не изменили точку выброски парашютистов по причине изменения направления ветра по высотам.
Ошибаться могут буквально все, но в экстремальных видах спорта, это крайне опасно, а потому каждому советую трижды подумать, как без добротной подготовки не сломать себе шею!
Ну и с техническая видами российского спорта надо что‑то делать!
Ведь очевидно — им нужна достаточная государственная поддержка, а сейчас всё держится на преданности отдельных энтузиастов своему делу.
И как частный вопрос — а кто будет готовить допризывников к службе в Воздушно-Десантных Войсках?
И в заключение,
Лирическая самоделка,
посвящённая парашютному другу автора,
мастеру спорта СССР, совершившего более
3-х тысяч прыжков, десантнику ВДВ,
Александру Борисовичу Сахарову.
Небо бездонное,
за бортом плещется,
Снова с друзьями,
я к звёздам лечу,
Наше задание,
хоть и ответственно,
Сердце своё,
я тебе отдаю.
Знаю, что будут
секунды рисковые,
Будет полет,
будет радость побед,
С Небом в обнимку,
с другом в обнимку,
И не в такие,
высоты лететь.
Снова команда,
снова мы собраны.
Дымка качнулась вдали,
так здравствуй,
О ширь беспредельная,
но сердце её для меня сохрани.
Об эти секундах,
полета воздушного,
Радости Неба и Силе Души,
скоростью ветра,
И скоростью дружбы,
ты нам когда-нибудь расскажи.
Но вот истекают мгновенья полета,
и о себе ты подумать должна.
Ты знаешь коварство, хотя бы земное,
а потому должна быть строга.
Что крики и стоны в беде на полмира,
и слёзы что льются ручьём,
Лишь крепкие руки, и верное сердце,
Да, только тогда,
нам Судьба нипочём.
