Как бороться с исламизмом

За не полный 2024 год кроме проблем с террористами в т.н. Украины прибавились всеми забытые уже исламисты. Казалось времена 90-х уже далеко в прошлом, убиты Хаттаб, Радуев и прочие бешеные собаки. Но угроза от исламистов вернулась опять и с ней надо бороться. Это проблему надо как-то решать

Исламисты в России

Исламисты стали главной проблемы России в 90-х годах. После развала СССР Запад не успокоился и продолжил заниматься развалом нашей Родины, поджигая фитиль на Кавказе. Чечня была главным рассадником исламистских сил, и чтобы не пустить страну под откос была начата война. Первая чеченская война, закончилась позорным Хасавюртом. Россия признала себя проигравшей в ситуации, когда она контролировала Чечню. Но из-за шантажа боевиков через теракты, Борис винопийца унизился перед басмачами. Во Второй Чеченской войне при Путине разговор с террористами был короткий. 

Как итог, часть лидеров исламистского движения были ликвидированы, часть бежала, поджав облезлый хвост. Но в России осталась часть спящих ячеек, симпатизирующих радикальным ваххабитским движениям, которые ждут своего часа. И они всплывают. Например, случай захвата осужденными террористами заложников в СИЗО Ростова. Теперь вместо спокойной отсидки в камерах их тела расположились аккурат у мусорки. Туда и дорога. Эти преступники были завербованы ИГИЛ*. Кто-то думает, что ИГИЛ остался  2015- 2016 годах, но в условиях войны за Отечество США достали карту своего детища. 

До и после

Но и бывшим боевикам из банд Хаттаба тихо отсиживаться не получается. Силовики, приходят за ними и дальнейшая их судьба пожизненное заключение.

Стоит упомянуть немаловажное влияние Интернета. В России немало правоверных мусульман, которые хотят углубить свои знания о Коране. Вещь похвальная. Правда часто можно наткнуться на проповедников, продвигающих радикальные идеи. К слову таких много и в русскоязычном сегменте. Например Абдулла Костекский (Магомедов Абдулла Ахмедович) имеет крупную русскоязычную аудиторию, прячется в Турции, так как в России объявлен террористом. Является видным участником движения имарат Кавказ*. Автор таких известных высказываний как: «

«Можно купить водительские права? Если знаешь как водить, можно».

Или такое

«Можно ли воровать у государства (подразумевается Россия) свет и газ? Это не харам!»

Есть еще множество высказываний, содержащих межнациональную и межконфессиональную рознь. 

Но есть и ещё фактор, который способствует росту исламизма в России.

Мигранты исламисты

Мы упомянули, что исламизм — это дело рук «святых» 90-х и вмешательства США в дела России. Но что происходило в соседних республиках? 

Всё то же самое. Где-то в меньшем масштабе, где-то в большем. Например, в Таджикистане дошло до гражданской войны с исламистами. Многие остались приверженцами радикальных исламистских идей и сейчас идет жесткое преследование за внешний вид, который может показаться подозрительным: хиджаб, никаб, длинная борода и прочее. 

От таких запретов многие выходцы из Средней Азии бегут в Россию, где это разрешено. Правда, потом получаются Крокусы и куча бытовых конфликтов или превращение районов в мигрантское гетто, где гулять ночью опасно.

Но остановимся на исламизме. Духовное управление мусульман — один из институтов, который должен заниматься адаптацией мигрантов в России. И как мы видим, не всегда это получается. 

Во-первых, эти мигранты уже носители каких-то радикальных идей, а во-вторых, как и с коренными мусульманами, немалая часть молодежи предпочитает слушать проповедников-террористов. 

Учитывая такую слабо подготовленную институциональную инфраструктуру, выполнять задания США по дестабилизации общества становится легко. Поэтому нужно искать решения как пресекать и отучать мусульман от заразных идей некоторых исламских движений.

Как бороться с исламистами?

Бороться с исламистами надо. Многие страны это пытались сделать, правда получилось с переменным успехом или не получалось вовсе. Но есть одна страна которая преуспела в борьбе с радикальным исламом — Китай.

Китай — многонациональная и многоконфессиональная страна. Звучит странно, ведь все китайцы. Но китайцы — это как россияне. Существуют подгруппы, как например ханьцы и другие. Есть в Китае и мусульмане, большая часть из них уйгуры. И это болевая точка Китая.

Территория, на которой проживают уйгуры, имеет небольшую границу с Афганистаном. Это страна была долгое время пороховой бочкой, а также гнездом для распространения террористов. В частности ячейка ИГИЛ* Вилаят Хорсан забрасывала туда подготовленных боевиков-уйгуров для борьбы с Китаем и создания сепаратистских движений.

Китай отреагировал жестко. Для сторонников таких радикальных движений создаются санатории по перевоспитанию, как называют это китайцы. По факту это тюрьмы для радикальных исламистов. С ними ведется глубокая работа, чтобы изгнать из головы всю дурь, чтобы на выходе вышел добропорядочный гражданин. Да и в тюрьму можно угодить и за довольно мягкий проступок. Например, уйгур получил 16 лет тюрьмы за ношение так называемой ваххабитской бородки. Аналогично поступают с женщинами в хиджабах и никабах.

Уйгур мусльманин получил 16 лет за длинную бороду

Из-за таких методов, мировые общественники заявляли, что Китай нарушает все мыслимые и немыслимые права человека. Однако встречный вопрос, сколько было терактов в Китае на религиозной почве?

В России можно встретить следующие суждения: если Россия запретит никаб, хиджаб или ваххабитские бородки, то мы потеряем союзников из Ближнего Востока. Только вот Китаю наоборот такие драконовские методы не мешают продвигать свою политику в исламские страны.

Вообще в России мусульмане живут давно. И их исламская культура формировалось под разными факторами, в том числе этнографическими. Самое главное, что тот ислам, который они исповедовали, не подразумевал никабы, хиджабы, бородки и прочее. И самое важное — их форма ислама позволяла сосуществовать с другими народами, конфессиями. 

То, что популяризируется в Интернете — исламистско-ваххабитские взгляды, такой ислам имеет нулевую толерантность к другим конфессиям, народам и к государству. Это тенденция опасная. 

Поэтому нужно проводить глубокую работу в данном вопросе. 

В первую очередь это вопрос к духовному управлению мусульман, которое должно стать первой инстанцией в профилактике экстремизма среди уммы. Это работа для спецслужб по выявлению потенциальных террористов и экстремистов, она должна прорабатываться федеральными властями на уровне молодежной политики, миграционной службы. Раздача налево и направо гражданства РФ и коррумпированность системы могут привести к новому Крокусу Экспо.

Есть готовый опыт Китая для работы с потенциальными преступниками, дело за ФСБ. 

И самое важное — это работа внешней разведки. Ведь именно корни радикального исламизма из штаб-квартиры ЦРУ в Лэнгли (штат Вирджиния), ИГИЛ* и прочие организации создают внутри России фронт, а пятая колонна поддерживает и даёт возможность процветать экстремизму под вывеской дружбы народов.

Есть идеология созидательная и разрушительная. 

Исламизм — идеология разрушительная, в первую очередь для мусульман. ИГИЛ* и прочие есть ресурс, который использует США для нанесения вреда России под благими намерениями защиты веры. 

Есть идеология созидательная — НОД и единое Отечество. Почти 80 лет назад деды и прадеды разных нации и религий освободили Отечество от нацистских захватчиков ради нашего светлого будущего. Предатели потом это Отчество пропили, а взамен, дядя Сэм кому то дал миллиарды долларов, а кому-то подменил идеологию Отчества на условный исламизм. 

Сейчас судьба нашего Отчества в руках многонационального народа России. 

*движение запрещено на территории России